Кинокомандировка (03.08.15 – 07.08.15)

01

Судьба нашего фильма летом оказалось в высшей точке неопределенности и до некоторой поры съемки вообще стояли на паузе и ждали итогов всех ведомственных совещаний. Но в начале августа внезапно выдалась (даже выбилась) летняя кинокомандировка, которую Виктор Аслюк наметил давно, в связи с чем не единожды обрисовывал нам запланированный вояж. И сейчас, когда я наконец собрал все необходимые для этого материалы, очень хочу использовать пространство статьи не столько для того, чтобы написать хронологию нашего путешествия, сколько с целью сделать посвящение удивительным людям, с коими волею судеб нам довелось поработать и которые невероятно обогатили и достроили мой внутренний мир, показав «кухню» одной из самых романтичных профессий, придуманных человечеством.

Всё, что вытекало из событий, описанных ранее, не очень способствовало продолжению съемок. Как вы помните, на последнем совещании Виктору Аслюку предложили список учителей, про которых снимать можно (интересных, умных ребят с незапятнанной репутацией и без проблем с продлением контракта). Первым в списке стоял Виктор Жук – учитель истории из Молодечно, получивший в 2014 году звание «Учитель года» (кстати, самый молодой обладатель Хрустального журавля за всю историю конкурса). И Виктор (уже не Жук – уже Аслюк, режиссер фильма) придумал хитрый план: он созвонился с тем самым учителем года из Молодечно, на студии сказал, что поедет снимать про него, а на самом деле вознамерился продолжить съемки так, как задумывал изначально, чтобы выиграть время, пока решался вопрос с нашими контрактами. То есть Виктор Жук во всей этой истории должен был сыграть роль эдакого проездного билета, потому что на практике выходило следующим образом: когда опускалось стекло беларусьфильмовской машины и из нее выглядывала моя физиономия или физиономия моего товарища, снимать было нельзя; если из того же окошка смотрел учитель года, на съемки давали зеленый свет. Большая командировка была запланирована на целую неделю августа (с 3 по 7 число), но в самом начале пути мы заехали в Молодечно, забрали нечаянно вписавшегося в сюжет учителя истории (который во все нюансы был посвящен лишь отчасти, к тому же надо было учитывать, что человека мы внаглую выдернули из отпуска) и отправились на задуманную киноавантюру.

Съемочная группа выехала в следующем составе: Виктор Аслюк (режиссер), Ольга Дашук (его супруга, автор сценария), их сын Пилипка Аслюк – именно в такой, белорусской огласовке (на тот момент окончивший 5-ый класс), Анатолий Казазаев (оператор), Евгений – водитель беларусьфильмовской машины – и трое нас, учителей-новаторов (в разной степени восприятия этого слова). Честно, я давно не видел такой концентрации молодых учителей-мужчин на ограниченном пространстве. Пространство было без преувеличения ограниченное: изнутри беларусьфильмовского «рафика» окружающий мир выглядел приблизительно так.

02

03.08.15. День первый. Дорога.

Путь мы держали в Россонский район, на самый север Беларуси. Там, в поселке (деревне, агрогородке – разные источники дают разные номинации) Клястицы, находился выездной съемочный «штаб» команды Виктора Аслюка – агроусадьба, в которой, как я понял, она уже давно останавливается, когда выезжает на съемки. Поэтому от молодечненской развязки мы повернули на Полоцк, а оттуда должны были добраться еще выше по карте. Поездка для нас была интересна еще по одной причине: это было в некотором роде краеведческое путешествие, очередная попытка снова влюбиться в природную, историческую, если хотите, языческую сущность родного края (в фильмах Виктора очень высока концентрация именно этой, не накрашенной цивилизационными примочками Беларуси). По сути дела, наши новые друзья открывали нам мир, в котором они существуют как люди искусства, как люди духовные.

%d0%ba%d0%b0%d1%80%d1%82%d0%b0

Периодически мы останавливались либо просто размять ноги и подышать лесным воздухом, либо ради охоты на нетронутые ягоды, встречавшиеся на пути (заехали мы достаточно глубоко в леса), либо потому, что машина, наполненная людьми, физически не смогла бы пройти той довольно хрупкой и дикой дорогой, которая была избрана для путешествия (а петляли проселочными и даже лесными тропами мы немало):

03

04

04

05

06

07

08

09

10

11

13

12

Когда мы приехали в клястицкую агроусадьбу «Хорень», нас уже встречала хозяйка – давнишняя знакомая Виктора и Ольги. Время было вечернее (дорога отняла почти целый день), и, пока хозяйка собирала на стол, Виктор созвал нас троих (меня, Дмитрия Маратовича и Виктора Жука) на негласное совещание, отвел в сторонку и честно изложил диспозицию относительно теперешней судьбы фильма. Он искренне признался, что сейчас сам немного в растерянности и уже не совсем представляет, какое кино будет снимать. Честно рассказал нашему молодечненскому коллеге, что фильм задуман не про него, что он вынужденно попал в гущу кабинетных разборок, которые его совершенно не касаются, и попросил помочь. Он сказал, что участие Виктора в съемках – это некое прикрытие, без которого продолжение процесса ставится под угрозу, и если Виктор отказывается в этом участвовать, то он завтра же будет доставлен обратно домой с извинениями за беспокойство. Но Виктор Жук (нет, не как учитель года), как благородный человек, и, может, из некоей педагогической солидарности согласился побыть с нами эту неделю (кадр с ним все-таки в итоге войдет в окончательную версию картины).

Пожалуй, для одного дня случилось много откровенностей, и после этого разговора каждый в одиночестве взял паузу все обдумать. Мы разбрелись в разные стороны в надежде еще успеть осмотреть закатные окрестности. Я рисовал в голове еще одно (а этим летом их выпало на десять лет вперед) подпольное приключение и даже ностальгически протяжно и очень тепло загрустил по временам, когда планы-конспекты, войны с начальством и различные образовательные концепции были так далеки, а самой большой заботой было успеть собрать компанию на вечер, пока в лагере в клубе идет дискотека, сразиться в волейбол на наконец не занятых площадках при свете единственного фонаря.

Боже мой! Я окунулся в атмосферу пионерского лагеря моего детства (в первую очередь в вожатскую атмосферу: вся съемочная группа была как раз в возрасте моих вожатых – тех, что остались в начале 90-ых годов): вокруг меня были мечтатели, вдохновенные романтики, не потерявшие вкус к истинной, природной жизни, художники, которые, однако, каждый день проделывали колоссальнейшую работу внутри своего мира, бесконечно требовательные к уровню того, что говорят, что производят, что являют на свет – настоящие профессионалы, наблюдать за работой которых было наслаждением. Вечером мы вели разговоры о кино, о школе, о жизни; ночью я мог разбирать архивы, привезенные с московского педагогического марафона, и листать новые издания по своей профессии; просыпались не очень рано – хозяйка агроусадьбы накрывала на стол, а потом, после чудеснейшего завтрака, отправлялись на выезд-знакомство с окрестными местами или непосредственно на съемки. Мы погружались в чудесную негу творческой работы, когда в твой вольный график включены чтение, наблюдение и непомерное восхищение! «Служенье муз не терпит суеты; // Прекрасное должно быть величаво…» – чертов Пушкин был прав, очередной (миллионный) раз найдя самую точную комбинацию слов для предельного насыщения оных смыслом.

14

Когда ты работаешь в жанре документальных съемок, ты должен срастись всем естеством своим с объектом наблюдения, пустить в него корни и лишь потом расчехлять камеру (к сожалению, чиновники от кино мало что в этом понимают и не закладывают в план, в том числе и финансовый, это самое «преднаблюдение»). Весь май (когда съемочная группа только высадилась на землю жилиховскую) Виктор и Ольга знакомились с нами, погружались в тот мир, в котором жили мы с детьми. Настало время обратной связи, обратного знакомства (совместная работа ведь как раз и основана на этом полном знакомстве – совсем не так, как привыкли работать современные журналисты, которым интервью нужно во что бы то ни стало предоставить, что называется, «к среде», и поэтому у них даже нет возможности составить цельное впечатление о человеке, о котором собираются писать; нам однажды позвонила журналистка и попросила ответить на ее вопросы письменно – ну разве так делается!) Для этого Виктор предложил провезти нас по местам обитания героев собственных фильмов, так что нам предстояло интереснейшее погружение, когда ленты Виктора Аслюка оживут у нас прямо на глазах, и это всё ждало нас уже завтра. А пока время было позднее, и мы все разбрелись по своим комнатам.

04.08.15. День второй. Юрий и Тамара.

15

С утра второго дня мы готовились к знакомству с героями фильмов Виктора. Сегодня нас ждала дорога через деревню Юховичи в заказник Красный Бор, где жили, как мне показалось из разговоров Виктора и Ольги, самые легендарные персонажи их картины Юрий и Тамара – герои фильма «Шчаслівыя людзі». В 1989 году они по собственному желанию оставили свою квартиру в Петербурге и поселились в землянке на самом краю Беларуси, у границы с Россией. В то время (аккурат к развалу Советского Союза) землю раздавали достаточно свободно, и Юрию и Тамаре достался весьма приличный надел в заказнике (до ближайших людей 15-20 км). Они смотрят окрестный лес, ведут целиком натуральное хозяйство: у них свои коровы,  свиньи, кролики, куры, гуси, индюки, есть конь и две собаки, причем вся живность (за исключением разве что свиней в хлеву) свободно разгуливает по территории, периодически перемешиваясь друг с другом. При всем этом Юрий и Тамара совершенно не дикари, они ничуть не утратили способности внятно общаться с людьми, периодически к ним приезжает дочь из Петербурга (насколько я понял, она в том числе помогает им продавать выращенное в огороде). Также однажды они участвовали в какой-то телевизионной передаче, где им подарили китайский мини-трактор для обработки земли. Это то, что нам успели рассказать Виктор и Ольга по дороге (представьте, насколько мы уже оторопели от услышанного!) А вот что мы увидели, когда приехали на место:

16

17

18

19

20

21

22

23

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

А вот еще несколько соток огорода:

36

37

38

39

40

Это тот самый китайский трактор от телевизионщиков:

41

Выход к реке. Другой берег – это уже Россия:

42

43

44

45

Потом Юрий, Тамара и вся съемочная группа присели под деревом и стали говорить о чем-то, что их связывало (многих общих тем ведь мы не знали), поэтому нам оставалось осторожненько примоститься сбоку и наблюдать за происходящим. Даже скорее слушать, потому что спустя некоторое время Юрий поведал несколько историй, случившихся с ним, как я понял, за время, прошедшее от последней встречи его с киношниками. Привожу не дословно и не соблюдаю фонетических особенностей говорения, но всё равно возьму в кавычки. Истории прелюбопытные и очень важные для понимания мироощущения этих персонажей:

«Иду я как-то по лесу, а навстречу мне бабка. Я думаю: может, заблудилась, ведь до ближайшего поселения километров двадцать. Окликнул ее, говорю: «Что ты тут делаешь?» Она мне: «Грибы собираю». Я глянул: а у нее в руках полная корзинка грибов. Потом поглядел еще раз: нет ничего. А потом понял: смерть это. Спрашиваю: «Может, тебе дорогу куда подсказать?» А она мне: «Иди, я сама найду». Видать, не ко мне шла».

И еще одна:

«Иду по лесу, чувствую: ветер поднялся сильный. Да такой сильный, что уже и идти тяжело. А в лесу небольшое болото. Смотрю: из болота торчит большая голова, раздувает щеки и так делает: «Фуууууууу! Фуууууууу!» (Юрий показывал все очень живо и в лицах; сейчас он изобразил, как именно дула голова, которую он заприметил в болоте). И тут я понял: это ведь болотный дух! Он дует, оттого ветер и поднимается».

46

47

48

Понимаете: в голове у этих людей особая, цельная, можно сказать, языческая картина мира. Они живут в абсолютнейшей гармонии с природой, с лесом, со своим представлением о том, как всё устроено. В их системе координат нет ни единой трещины – это целиком природные люди. Их не касаются наши повседневные заботы, какие-то поиски, метания; их повседневность – это совсем другое, совершенно далекое от нашей цивилизации. Не зря Виктор выбрал именно такое название для фильма – «Шчаслівыя людзі». Это немножко первобытное, языческое фермерство и есть своеобразная форма счастья, несколько иная его оболочка (но лишь в сравнении с той, которую мы привыкли рисовать себе). А кто сказал, что мы рисуем себе всенепременно правильную его форму?

Вечером за ужином Виктор поделился с нами своим представлением о документальном кино. По его словам, истинное документальное кино предполагает полное погружение – это кино без музыки, без титров, без закадрового комментария. Поэтому все, что сейчас на телевидении выдается за документальное кино, – это всего лишь репортажи, с кино они имеют мало общего. К документальному кино гораздо ближе би-би-сишные программы о дикой природе, когда камера устанавливается в лесу и работает без перерыва 24 часа – в этом есть та самая киноправда, которую провозглашали первые документалисты. Виктор в своих фильмах принципиально не берет интервью (в классическом понимании этого слова). Разговор в кадре возможен лишь тогда, когда герой непринужденно сам в ходе обычного течения своей жизни ведет беседу. Честно сказать, за сегодняшний день я открыл для себя документальное кино, в котором, признаться, был полным профаном (да и кто из нас с уверенностью может сказать, что хорошо ориентируется в белорусской или хотя бы мировой документальной киноиндустрии?)

А еще Ольга рассказала один случай, который произошел с ними на фестивале документального кино в Новой Каледонии, что около Австралии (вы осознаёте: в Новой Каледонии фестиваль документального кино – и не говорите, что всё в порядке!) Виктор принципиально не учит английского языка, а Ольга им владеет в совершенстве, поэтому на всех международных кинофестивалях она выступает переводчиком. Так вот, по условиям фестиваля в Новой Каледонии (ух, до сих пор не могу уложить в голове!) каждая делегация должна выступить с некоей речью, в которой необходимо представить историю и культуру своей страны. И Ольга подготовила выступление, в котором подчеркнула, что у белорусов много общего с местными племенами: они так же долгое время находились под гнетом других народов, так же утратили черты национальной идентичности, у них так же существует проблема самоопределения, возрождения родного языка – и всё в этом духе. Ольга говорила по-английски, переводчик ретранслировал на французский вождю племени (там его на французский манер называли Марсель, хотя имя было куда длиннее). И вот после того, как Ольга закончила свою речь, вождь неожиданно вышел – Ольга с переводчиком переглянулись: переводчик ничего не понимал, Ольга даже подумала, что, может, она чем-то оскорбила вождя (понимаете: если не знать всех тонкостей традиций гостеприимства того или иного народа, можно что-то сделать не так). Но вождь вскоре появился и вынес для белорусской делегации подарки. Оказалось дело вот в чем: этот Марсель был настолько растроган историей, что не смог сдержать эмоций. Он сказал: «Я никогда не думал, что белый народ может испытывать такие же невзгоды и угнетения, как и черные люди». И в знак солидарности, сочувствия и уважения подарил Виктору и Ольге шляпу (наподобие нашей соломенной, только сделанную из местных растений), циновку и каледонские сувенирные деньги, которые на тот момент уже не были в ходу и служили знаком особого расположения.

И тут подумалось мне, что перед нами как раз сидят те самые «счастливые люди». Счастливые потому, что в силу своей профессии они способны взглянуть на мир шире, воспринять его в куда большем спектре, чем дано это нам, людям обыкновенным. Они в процессе съемок проживают множество разных жизней, впитывают столько опыта, не связанного напрямую с профессией, и посему должны быть счастливы хотя бы оттого, что могут думать свободно, могут думать широко, многоракурсно и многофокусно. Черт, если я когда-либо оставлю профессию учителя, я без раздумий переквалифицируюсь в какую-нибудь специальность, связанную с кино! С этой мыслью я не смог уснуть: мне хотелось ее думать всю ночь.

05.08.15. День третий. Пётр Петрович (фильм «Вальс»)

49

Сегодня нас ждало путешествие левее по карте, так сказать, в «польскую» часть Беларуси (это стало понятно по изменившейся фонетической стилистике названий населенных пунктов): мы ехали в Кохановичи Верхнедвинского района. Виктор и Ольга анонсировали нам встречу с очень интересным человеком.

%d0%ba%d0%be%d1%85%d0%b0%d0%bd%d0%be%d0%b2%d0%b8%d1%87%d0%b8

По дороге мы остановились около родника «Серебрянка» – освященного источника с водой, богатой ионами серебра. По местным легендам, он обладает целительной силой – много проезжих делает здесь привал и обязательно набирает себе в дорогу легендарной ключевой воды. Наша съемочная группа не стала исключением.

50

51

52

53

54

55

На подъезде к Кохановичам нам рассказали, что здесь живет местный доктор Пётр Петрович Квятинский – человек интересного мировосприятия и очень нестандартного взгляда на жизнь (а когда у Виктора и Ольги в героях водились иные?) Когда мы подъехали, дом нашли  закрытым, поэтому у нас было достаточно времени, чтобы всё внимательно рассмотреть. А рассматривать, поверьте, было что:

56

58

57

59

60

61

62

63

64

Весь дом был окружен велосипедами разного размера, велосипедными колесами и разными стилизациями с их участием. На втором этаже сооружения наподобие смотровой башни нас встречала небольшая собачка, а внизу на солнце нежился кот:

65

66

67

68

69

70

Самыми интересными (если в этом ансамбле можно выделить самое интересное) были камни, расписанные цитатами различных авторов:

71

72

Вскоре появился и сам хозяин дома: это был человек маленького роста, разумеется, на велосипеде. Еще издалека он приветственно закричал: «О-о-о! Подлецы приехали!» (это было его шутливое обращение: он всех ласково именовал подлецами).

73

Пётр Петрович пригласил нас в дом, внутри которого было не менее интересно, чем снаружи. Ковер на потолке, всюду плакаты, пластинки, книги, из-за стекла шкафа на нас глядели с портретов Есенин, Высоцкий и Сахаров, на другой стене одновременно сосуществовали изображения Моны Лизы и Девы Марии – это даже не эклектика, это рукотворный музей быта, воплощенный в одном доме:

74

75

77

76

78

Виктор и Ольга рассказали нам (а потом подключился и сам герой), что Пётр Петрович организовал в своем доме эдакий «Клуб белых ворон» («Все мы немножко белые вороны», – заметил он.) – людей, готовых жить активной жизнью, радоваться каждому дню и беречь (тут скорее даже умножать) здоровье. Любой беспризорник, путник, пожилой человек, попавший в непростую жизненную ситуацию, или просто тот, кому нужна забота, опека, защита, мудрость, могут найти приют у местного доктора. Он никогда никого не выгоняет – каждый может пожить здесь столько, сколько ему нужно (всех их в шутку Пётр Петрович называет своими детьми). За его доброту и отзывчивость «дети» платят ему любовью и безмерной благодарностью, помогают по дому и по хозяйству (то, как выглядит дом, – это коллективное творчество). Недавно Пётр Петрович и его подопечные помогли в селе восстановить церковь. Ничего не скажешь, настоящие белые вороны!

79

80

Пётр Петрович на веранде соорудил импровизированный стол – как водится по классике, мы ели на газете. Он рассказывал, как важно беречь свое здоровье, что спиртное в объеме больше одной рюмки в день – это алкоголизм, и всё интересовался у Виктора состоянием его сердца да норовил измерить давление. Оказывается, что в любую точку земного шара председатель клуба белых ворон перемещается исключительно на велосипеде (доезжал даже до южных районов Беларуси, а через какое-то время собирается съездить на велосипеде в Гулаг в Казахстане, где он родился. (Родители его – немка и поляк – сидели по политическим мотивам в сталинские времена, там же, в лагере, познакомились. Петр Петрович родился недоношенным, роды принимали румыны, которые выбросили еще живое тельце на свалку. Мать, как смогла встать, подобрала его, и как-то он умудрился не умереть.) И всё с улыбкой, и всё с шуткой, и все подлецы, и всех он бесконечно любит, и всем всегда готов помочь.

На прощанье мы сделали фото на память и пообещали обязательно встретиться вновь. И всегда верить в свои силы. И не болеть, конечно.

81

82

На обратной дороге мы заехали в музей партизанского быта, расположенный прямо в лесу (мы ведь по-прежнему ищем место для натурных съемок).

83

84

85

86

87

Как завороженные мы стояли на берегу озера и понимали, что это мелковато рассматривать эту природу только в контексте кадра. Она нужна для того, чтобы вылечиться, обнулиться, очистить себя от тех мыслей, которые являются совершенно лишними, если ты выбрал в этой жизни быть счастливым.

88

89

90

На базу возвращались необыкновенно одухотворенные и пронизанные интересом к жизни (было ощущение, что в Кохановичах нам всем заменили аккумуляторы и тайно приняли в клуб белых ворон). Продолжался этот вальс образов, и всё вокруг вторило ему, поддерживало это круженье: крутились колеса машины, мелькали герои фильмов Виктора и Ольги, в голове круговоротом пробегали новые мысли – не о системе образования, нет! – а часы прочерчивали круг за кругом, и камера уже готовилась отсчитывать нам новый съемочный день.

 06.08.15. День четвертый. Друя. В поисках переправы.

Сегодня мы держали путь в Браславский район. Виктор сказал, что ему нужно проверить возможность некоего сюжета для фильма, и мы ехали оную прояснять.

%d0%b4%d1%80%d1%83%d1%8f

Агрогородок Друя (я заметил: у нас по карте все поселки резко стали называться агрогородками) находится на самой границе Беларуси с Латвией, и, поскольку это район приграничный, за определенное расстояние до границы (по моему, километров за 20) на въезде стоял кордон и, если ты не местный житель, нужно было предъявлять документы. Мы простояли на посту в ожидании пропуска около получаса: несущий вахту военный не был уполномочен сопровождать официальную съемочную группу, поэтому нам было велено потерпеть, пока не приехал сопровождающий районного калибра, и весь остальной путь мы проделали под строгим надзором. Поскольку Виктор приехал всего лишь в разведку, никакого официального разрешения включать камеру у нас, конечно, не имелось и любые кадры на этой территории делать было запрещено. Но кое-что мобильным телефоном выхватить мне всё же удалось:

91

92

93

Здесь, в Друе, находится выход к небольшому островку, который стоит в нейтральных водах (между Беларусью и Латвией). Как выяснилось, Виктор уже давно зацепился за местный сюжет о том, как сельские жительницы на лодках переправляют коров пастись на этот остров, потому что там наиболее чистая трава, не тронутая выхлопами автомобилей и прочей заразой, характерной для поселения, в котором есть проезжие дороги. Поэтому сейчас он ходил крайне сосредоточенный и, казалось, с легкой ностальгией по своему сквозному сюжету о белорусской Атлантиде. Оказалось, что этих женщин, о которых собирался снимать Виктор, почти не осталось да и путь к острову вскоре совсем хотят перекрыть, но складывалось ощущение, что приехал он сюда за воспоминаниями, чтобы освежить впечатления от былых работ и снова вернуться в мир ленты «Мы живем на краю» – картины, когда-то давно принесшей ему популярность. Наверное, в голове у него вертелась одному лишь ему понятная переправа, а может, он аккумулировал впечатления, чтобы до конца вычертить какой-то задуманный ход в новой картине.

Сегодня вечером мы активно снимали. На ночь нам было поручено продумать друг для друга вопросы для некоего импровизированного интервью (скорее даже беседы): нас с Димой к Виктору, а Виктора к нам (в целом ведь мы не были толком знакомы). Поэтому прошлой ночью Виктор изучал блог, а мы искали разные тутбаевские статьи про ход «Учителя года-2014». Виктор Аслюк и Анатолий Казазаев все же нашли живописное местечко, на котором нам полагалось разместиться (все кадры нашего разговора с Виктором были сделаны тут, в Клястицах). Для начала даже задумали микросюжет, где мы растапливаем баню, но потом решили отставить моделирование декораций и снимать в том окружении, которое подарила нам северобелорусская природа.

94

95

96

97

98

И пусть из этих съемок в фильм вошло совсем немного, мы получили отличный шанс узнать друг друга ближе, а таким образом прошли гораздо больше, чем курсы повышения квалификации (я когда-то писал, что, если каждому учителю дать возможность в свой методический день выезжать и знакомиться с другими учителями, близкими ему по духу, это было бы куда полезнее, чем собирать их всех в очередном МОИРО на лекции). К тому же на камере сохранились наши разговоры, поэтому когда-нибудь из них можно будет сделать текст. Мы, как ни крути, взяли интервью у учителя года.

Вечером Виктору Жуку нужно было уже отправляться в Молодечно. Встретимся мы с ним лишь спустя два учебных сезона.

07.08.15. День пятый. Полоцк. Возвращение.

101

Сегодня нам предстояло отправляться домой (эх!), но по дороге мы решили заехать в Полоцк: поскольку на данный момент было непонятно, в каком виде фильм сможет выжить, мы предложили Виктору и Ольге сделать галерею из нескольких учителей (возможно, так его скорее пропустят в эфир). Про Виктора Жука у нас уже что-то есть – тем летом как раз была свежа история о нашей коллеге – учительнице рисования из деревни Лужки (репортаж вышел буквально за месяц до кинокомандировки), и съемочная группа успела с ним немножко ознакомиться. Поэтому сегодня мы ехали в Полоцк, чтобы представить Виктору и Ольге Анастасию Заболотнюк – человека, гораздо более достойного целого фильма, чем мы. К тому же с Полоцком у главнокомандующего съемочным процессом было связано много воспоминаний: Виктор по окончании филологического факультета проходил здесь воинскую службу, и, пока мы ехали по городу, делился воспоминаниями юности (фактически каждый закоулок Полоцка отзывался в его устах новой историей).

С Анастасией мы встретились в самом центре города (она сама из Экимани – это деревня по дороге из Полоцка в Новополоцк), а потом прошли в живописнейшее место на берегу Западной Двины с видом на Софийский собор и Полоцкий университет, и мы на время оставили Виктора и Ольгу побеседовать с Анастасией наедине (а сами пошли вдыхать образовательный воздух окрестностей). Забегая вперед, скажу, что с идеей включить в фильм лужковский сюжет ничего не вышло, но мы были рады, что люди-открытия этого сезона всё же встретились, пусть и спонтанно (у нас получился эдакий импровизированный рейд «Ищу учителя» по-белорусски).

99

100

102

Эта поездка стала знаковым событием в нашей жилиховской истории (я не преувеличу, если скажу центральным), потому что наша жизнь в деревне действительно разделилась на «до» и «после»: время до встречи с командой «Беларусьфильма» и после нее, когда светлые образы настоящих профессионалов, истинных Дон-Кихотов своего дела сопровождали нас до финальных аккордов проекта. Тем летом я осуществил давнишнюю мечту – съездил в Швейцарию, но самые яркие впечатления, последствия которых я ощущаю уже спустя два года, остались именно от нашего совместного путешествия по Беларуси. И, если меня просят назвать ключевое, поворотное явление года, я без раздумий говорю: КИНОКОМАНДИРОВКА-2015.

***

P.S. С тех пор я активно изучаю историю кинематографа и в постскриптуме хотел бы предложить несколько ссылок для тех, кому эта тема была близка (всегда или стала интересной после этого эфира).

Отличные лекции по истории документального кино есть на образовательном портале «Универсариум». Там можно прослушать целый курс по русскому кинематографу, но конкретно о документальном кино ищите в лекции «Кино-глаз Дзиги Вертова»

Очень мало полноформатных интервью Виктора и Ольги о философии кино, но кое-что можно найти здесь (текст «Кино – это элитарная профессия»)

С видеоинтервью еще тяжелее. Хрестоматийная старая запись Виктора лежит в доступе уже давно:

А вот на новую передачу, гостем которой была Ольга Дашук, я наткнулся сейчас, при подготовке этого текста. Она интересна тем, что там демонстрируются отрывки из свежих, совершенно потрясающих ее лент «Кінааматар. Восеньскі сон» и «Не адзін», которые невозможно найти в широком доступе:

2 Responses to “Кинокомандировка (03.08.15 – 07.08.15)”

  1. Эксклюзив! Фильмы, которые вы не найдете в открытом доступе:

    1. Атлантида Виктора Аслюка:
    «Драўляны народ» (2011) — https://youtu.be/-VVtDEYaXrY?list=PL2jXjU2t-Fh8FEx8Xdmzk14z6QiBcY5uA
    «Рабінзоны Мантсінсаары» (2008) — https://youtu.be/Jd1ouRfXSCM?list=PL2jXjU2t-Fh8FEx8Xdmzk14z6QiBcY5uA
    «Кола» (2004) — https://youtu.be/FQz3BcZJDPQ?list=PL2jXjU2t-Fh8FEx8Xdmzk14z6QiBcY5uA

    2. Портреты Ольги Дашук:
    «Тры кіламетры да неба» (2010) — https://youtu.be/P6pq1F6380I?list=PL2jXjU2t-Fh8FEx8Xdmzk14z6QiBcY5uA
    «Кінааматар. Восеньскі сон» (2012) — https://youtu.be/YAJVDD3chWE?list=PL2jXjU2t-Fh8FEx8Xdmzk14z6QiBcY5uA
    «Не адзін» (2014) — https://youtu.be/sp7NCEBrzk0?list=PL2jXjU2t-Fh8FEx8Xdmzk14z6QiBcY5uA

  2. Мои ребята, вдохновившись, предложили всем заинтересованным еще и подборку книг по документальному кино — https://tvkinoradio.ru/article/article3924-10-knig-dlya-dokumentalistov

    50 книг по истории русского кинематографа — https://www.facebook.com/moosuniversarium/photos/a.1439773059570833.1073741827.1387956514752488/1879347208946747/?type=3&theater

Обсуждение - Оставьте комментарий