17-29 ноября. Четверть хозяйственная

Вернемся к делам нашим мирским (а то я все про фольклорную ностальгию да ринго с «Минск-Аренами»). А суровая реальность такова, что на три недели в начале второй четверти я оставался без боевого товарища и, следовательно, всю ту хозяйственную работу, которую мы делили на двоих (помните: даже у котла дежурить по ночам у нас уже свой график наметился), мне нужно было осваивать одному. Дело близится к зиме (тогда мы еще не знали, что зима в этот раз себя обозначит только номинально) – нужно было заказывать торфобрикет в соседних Тимковичах, утеплять чердак опилками. Так, стоп! Я? Торф? Опилки? Верните меня обратно: я в городе вырос! Но ничего не поделаешь – надо осваивать. В конце концов, ты же сюда за приключениями приехал, Сергей Сергеевич. К тому же свободные от моих уроков минуты я заполнял уроками товарища (и вот теперь я учитель русских, белорусских языка и литературы и музыки впридачу).

 Часть 1 «Всем миром навалиться хотят. Торф»

Значится, заказать машину торфа и потом перегрузить его в сарай, делов-то! Меня по-прежнему не отпускало ощущение, что я в каком-то параллельном мире, но, как выяснилось, большинство людей в сельской местности именно так и живут. У меня год первый – мне простительно удивляться. Через Н.Ф. я передал свои документы в ГорТоп, чтобы заказать топливо. А теперь считайте. Мои документы оказались там в среду, 19 ноября, в 8.00. Уже в 11.00 мне под сарай вывалили три тонны торфобрикета (это большое событие, кстати – торф привезли; очень важно поймать именно момент приезда машины, чтобы водитель не промахнулся мимо твоего сарая и чтобы впоследствии тебе не пришлось перетаскивать брикет еще дополнительное расстояние, на которое промахнулся водитель). По счастливой случайности я оказался в нужно время в нужном месте. Итак, у меня есть куча торфа и теперь с ней надо что-то делать.

Мы договорились с ребятами из 7-8 классов, чтобы после уроков пойти вместе, дружно телепортировать топливо в отведенное ему помещение. И вот мы собрались, начали потихоньку разгребаться и вдруг увидели совершенно потрясающую картину. Строй старшеклассников (9-11 классы), ведомый педагогом-организатором А.Н., в рабочей форме, чуть ли не с песнями, массово движется в сторону нашего сарая. То есть – понимаете – через минуту после того, как приехала машина, уже вся деревня знала, что молодым учителям привезли торф. И с припевом «Помочь – это ж святое дело» по хлопку вся школа организовалась в трудовой десант. Три тонны торфа «ушли» за 40 минут. Вот, кстати, как это было:

А оставшуюся торфокрошку, оказывается, потом грузят в мешки, и ей тоже можно топить. Наконец я понял сакральный смысл песни группы «Руки вверх» «Крошка моя, я по тебе скучаю».

А потом случилось вообще фантастическое дело. Вдруг откуда ни возьмись подъехал супруг нашего социального педагога А.У. и привез кастрюлю ухи собственного приготовления. Так что по окончании работы мы всей толпой, дружно на том месте, где была куча торфа, как говорил один мой выпускник, уху ели. На фотографиях мы и уху евший кот.

Часть 2 «Доброе дело»

Спустя неделю, когда уже вернулся Дмитрий Маратович, председатель колхоза подсуетил нам кучу опилок, чтобы мы смогли утеплить чердак и не топили дом вхолостую (если чердак ничем не выстелен, часть тепла уходит, что называется, в улицу). И вот опять же. Лежит у нас под домом куча опилок – ее надо перетаскать наверх, на чердак, равномерно ее там рассыпать, утеплить расширитель парового отопления. И всё это надо сделать в четыре руки. Как решаются такие дела в Жилихово? Подходит ко мне на перемене А.Н., наш педагог-организатор, и говорит: «У нас тут должно мероприятие состояться от БРСМ – «Доброе дело». Давайте, чтобы это доброе дело вхолостую не пропадало, мы вам поможем чердак утеплить!» И снова всем миром, и снова бессменная и бессмертная банда старших классов в едином трудовом порыве за два часа делают за нас нашу работу.

Причем здесь это не вызывает удивления – здесь это в порядке вещей. В городской школе, например, при изучении романа Л.Н.Толстого «Война и мир» порою бывает трудно объяснить значение фразы «всем миром навалиться хотят». Здесь с этим нет никаких проблем – здесь привыкли так работать. Здесь наваливаются всей толпой и переходят от дома к дому, потому что знают, что когда-нибудь, когда тебе станет трудно, такую толоку завидишь ты из своего окна. Я точно знаю, что, чем бы ни закончились наши приключения в Жилихово, для себя уже я вынесу и навсегда закреплю в сознании одну мысль: я никогда не посмотрю на человека труда как на представителя непрестижного социального слоя (хотя бы потому, что когда-то эти люди стали для меня, учителя, учителями).

Часть 3 «Диктанты»

Так получилось, что первая половина четверти вышла больше хозяйственной, нежели учебной. Из-за того, что в нагрузке у меня стало больше часов плюс параллельно нужно было заниматься подготовкой к зиме, времени на то, чтобы тщательно распланировать учебное, а к тому же еще подготовить какое-нибудь осмысленное и концептуальное мероприятие, не оставалось вообще. Это, кстати, проблема многих молодых специалистов (да и обычных учителей тоже): из-за того что их нагружают под завязку, времени на творчество (а учитель – это творческая профессия, я по-прежнему настаиваю) вообще не остается. Плюс здесь, в боевых условиях, где у учителя профессиональное и (назовем его) «приусадебное» при любых раскладках должно сочетаться в режиме 50 / 50, я преклоняюсь перед теми, кто в потоке хозяйственного сумел не растерять профессионального.

К моей вящей радости, спустя три недели второй четверти боевой товарищ, закрыв очередную сессию, вернулся в бой. Все-таки с Дмитрием Маратовичем делить учебное и хозяйственное как-то повеселее. Поэтому с четвертой недели мы включились снова в учебу и занялись различными тактическими раскладками (в нашей ситуации пришлось заниматься более языковыми, нежели литературными).

И вот почему. Во-первых, в восьмом классе из иной системы обучения к нам вернулся человек – и его необходимо было включать в новый стиль работы. К чести новенького скажу, что постепенно он включился и даже стал просить подставлять дополнительные занятия, чтобы наверстать упущенный материал (посмотрим, правда, насколько этого запала хватит).

Еще один показательный момент случился у моего коллеги. В одном из классов дети писали контрольный диктант по белорусскому языку. Итоговая картина оказалась, мягко говоря, не очень. И, когда Дмитрий Маратович принес результаты, одна девочка сказала: «Ну, мы же диктант перепишем? Выбросим эти тетради, заведем другие и по новой сделаем?» Этот ответ не обескураживающ, он прогнозируем. Но он обозначает нам большой путь, который с этими детьми предстоит пройти в плане отношения к работе, отметке, аттестату в целом. Разумеется, Дмитрий Маратович никакие тетради не выбрасывал, а выставил всё, как есть.

Я в таких ситуациях пользуюсь достаточно простой аллегорией. Говорю детям так: «Предположим, вы врачи и делаете операцию человеку. Тот у вас умирает на операционном столе. Вы в ответ: «Так ничего страшного! Давайте переделаем!» Все-таки человек в ответе за результат с первой попытки». Народ в принципе не стоит приучать ко вторым попыткам. Поэтому я в ноябре сделал один предупредительный выстрел в воздух – дал своим восьмиклассникам пробный диктант (писали на листочках, отметки не выставляли в журнал), просто чтобы народ реально оценил свои силы. Так вот из 6 работ пять «единиц» и одна «двойка». Это в некотором роде и результат подобных вторых попыток. Так что учебная цель на 2 четверть – диктанты. В первую очередь для тех классов, у которых на горизонте маячит экзамен.

Обсуждение - Оставьте комментарий