Над моим домом всегда красивое небо

В школе ребенок формирует внутри и осознает для себя много новых боязней: это и боязнь получить плохую отметку, и боязнь не выполнить домашнего задания, и боязнь дисциплинарных взысканий. Но у детей и подростков зачастую доминирующей, главной является другая боязнь – боязнь быть осмеянными, боязнь выглядеть нелепо (вспомните себя в школе: ваши ощущения, когда вы поскользнулись и упали на переменке в коридоре, или сели на жвачку на виду у всего класса, или вымазались в мел, решая задачу у доски, или – не дай Бог! – начали икать посреди урока?) Механизм работает аналогично и применительно к учебе: ребенка может очень глубоко ранить, если его точку зрения (например, при разборе литературного произведения) сочтут слишком детской, или глупой, или несостоятельной. Одна осечка в этом отношении может стать фатальной и навсегда «закрыть» ребенка для активной работы на уроке, а в перспективе – для активной позиции по жизни.

В обществе сложилось некое стереотипное понятие о «правильных» и «неправильных» жизнях, или жизнях, прожитых «по-человечески» и «не по-человечески». То есть, если ты выбираешь классическое «окончить школу – получить высшее образование – найти высокооплачиваемую работу ­– завести семью – купить холодильник / телевизор / машину – подниматься вверх по служебной лестнице» и всё существование замкнуть между холодильником, телевизором, семьей и работой, это вроде как правильно, по-божески. Если твои планы несколько отклоняются от вышеприведенного пути, родственники и окружающие уже начинают смотреть на тебя подозрительно: мол, «чё-то ты мудришь» (http://34mag.net/columns/suprac-sistehmy/).

То же самое касается школы. Если вдруг ребенок (допустим, на уроке литературы) предложил свою трактовку изучаемого произведения или иную, диаметрально отличающуюся от общепринятой, оценку какого-либо персонажа, большинство учителей начнет подозревать, что с подопечным что-то не так, а иногда еще и к психологу сводит.

Мне однажды девочка рассказывала, как они в девятом классе при изучении поэмы Н.В.Гоголя «Мертвые души» устроили суд над Чичиковым и их учитель попросил детей привести аргументы, почему Чичиков плох (заметьте: наставник уже автоматически дал оценку персонажу и теперь предлагает детям только ее доказать – о самостоятельном анализе характера речи не идет). Я в шутку стал накидывать положительные качества Чичикова, чтобы немножко «раскачать» ребенка на спор (тем более парой уроков ранее одна из моих учениц выступила с монологом о том, почему Чичиков – прекрасный бизнесмен и в некотором роде «художник из дельцов»). Девчонка замахала руками: «Нет, Вы ничего не понимаете, он плохой! Нам учительница сказала». Таких примеров масса, когда самостоятельное детское рассуждение подменяется требованием доказывать уже предложенную, однозначно правильную версию учителя.

Это касается не только литературы – всё распространяется и на обыденную школьную жизнь. Например, если ребенок отказывается быть коллективщиком: ну не нравится ему проводить время с классом – он предпочитает дома наедине с книгой, или у него есть альтернативный круг общения (мне довелось преподавать в классе художников: для них три человека – это уже толпа; в классе очень много индивидуалистов – это неотъемлемая черта творческой специальности). В разговоре о планах на будущее одна девчонка сказала, что идеальным вариантом для нее было бы путешествовать по миру и жить по два-три года в каждой стране эдаким кочевником (согласитесь: на классном часу а-ля «Как я вижу свою взрослую жизнь» такое мнение будет воспринято более чем скептически). Я недавно собирал своих выпускников, тех самых художников. И скажу вам, что большинство тех, кто в школе слыл странным, чудаком, не от мира сего, сейчас гораздо более нас счастливы в жизни, учебе и профессии. Просто потому, что они однажды сделали так, как хотели, а не так, как было принято. Я не утверждаю, что классическое представление о правильной жизни является ущербным – просто надо детям предоставлять самим выбирать шаблон, по которому они будут выстраивать свой мир. Кстати, в числе пришедших выпускников была девчонка, которая однажды на уроке по Лермонтову сделала сравнительную характеристику Печорина и Доктора Хауса. Это ж ни в какие ворота!..

Поэтому для учителя (особенно если он ставит цель формировать мировоззрение учащихся) ключевым является умение «относиться» к чужой точке зрения (независимо от того, совпадает она с его собственной или не совпадает). Воспринимать других людей – это талант. Но, с другой стороны, это еще и умение, которое нужно совершенствовать. Самому педагогу следует приучить себя к тому, что существует много точек зрения, существует много способов прожить жизнь и далеко не каждый из них является бездарным. Ни одна человеческая странность не должна быть воспринята «в штыки», с демонстративным отторжением (ибо в этом случае вы автоматически подчеркиваете превосходство своей модели «правильной» жизни над чужой). Если вам кто-то показался странным, держите в голове, что в чьих-то глазах настолько же странным можете казаться вы – ну допустите эту мысль себе в голову! Учитель – это не транслятор истины – это собиратель точек зрения, собиратель жизненных моделей, и чем большее количество таких моделей за свою практику он соберет, тем с большим количеством разных (и «странных») учеников проще ему будет работать.

Выпускница этого года после всех тестов, когда уже всё закончилось и мы лирически прощались, написала мне такую фразу: «Я тут поняла штуку… Когда дети вырастают, у них появляются зубы. А когда взрослеют подростки, у них вырастают рамки». А другая выпускница, годом ранее, рассказывая, как ей живется после школы, мимолетом обронила: «Знаете: над моим домом всегда красивое небо. Поэтому я люблю сидеть дома и рисовать». Так вот я подумал, что мы, учителя, не имеем права лезть руками в чужое небо и навязывать ребенку свои рамки. Максимум, на что нам должно хватать полномочий, — это попробовать поставить рядом свое небо.

2 Responses to “Над моим домом всегда красивое небо”

  1. Какое чистое и гуманистическое звучание. Огромное спасибо!!!

  2. «….Так вот я подумал, что мы, учителя, не имеем права лезть руками в чужое небо и навязывать ребенку свои рамки. Максимум, на что нам должно хватать полномочий, – это попробовать поставить рядом свое небо….»
    Как всегда, точность попадания автора в болевые точки образовательных процессов поражает. Браво!
    Последний тезис «зацепил» особо. Позвольте развить его.
    1) Мы, учителя, не имеем права лезть руками в чужое небо и…рисовать там своё.
    2) Максимум, на что нам должно хватать полномочий, – это попробовать небо ребенка -художника ( в узком и широком смысле слова) оформить в рамки как оформляют картину. И издали любоваться произведением искусства.

Обсуждение - Оставьте комментарий